Последний день Помпео. Политолог Эдуард Лозанский — об истинных причинах поездки госсекретаря США в Россию

Рискну предположить, что госсекретарь Майк Помпео пожалует в Россию не с очередными обвинениями или ультиматумами в духе прежних высказываний советника по национальной безопасности Джона Болтона, а с деловыми предложениями, к которым Москва отнесется серьезно

На это есть несколько причин, позволяющих проявлять осторожный оптимизм.

Первая — необходимость для Помпео показать хоть какие-нибудь достижения на фоне серии провалов вроде смены режима в Венесуэле, денуклеаризации Корейского полуострова или выбора Порошенко на Украине.

К этому можно добавить отказ европейцев поддержать позицию Вашингтона по Ирану и в целом практическое отсутствие успехов США во внешней политике.

Вторая — это слова министра иностранных дел Сергея Лаврова после встречи с Помпео на недавнем Арктическом совете в Финляндии, когда он отметил, что предметом дискуссии была реальная политика, а не публичные заявления. Да и госсекретарь в свою очередь сообщил, что в ходе беседы удалось затронуть широкий круг проблем, а сам диалог получился хорошим.

Согласитесь, это уже не «русские, убирайтесь из западного полушария» или «двести тысяч тонн дипломатии в Средиземном море». Последнее, кстати, произнес посол США в Москве Джон Ханстман, на что с большой вероятностью получил добро от своего босса — Майка Помпео.

Третья причина — то, что, несмотря на все экстравагантные кульбиты госсекретаря, есть вероятность, что Владимир Путин все-таки его примет. Вероятно, Помпео попросил Лаврова передать российскому президенту что-то важное. Иначе зачем бы ему добиваться этой встречи? Тем более по протоколу это совершенно необязательно.

И, пожалуй, самое главное — звонок Трампа Путину 3 мая, в разгар непрекращающейся кампании Russiagate. «У нас был хороший разговор по многим проблемам», — объявил Трамп после разговора, добавив о «потрясающем потенциале для превосходных отношений» с Россией. И почти по Маяковскому: «Ладить с Россией — это хорошо, а не плохо».

Такой контраст в заявлениях президента и его ближайших помощников Болтона и Помпео заставляет многих обозревателей в Вашингтоне говорить о предстоящей очередной смене кадров на внешнеполитической арене.

Нынешнее состояние отношений с Россией вызывает всё большую тревогу у многих американских политиков и экспертов, включая тех, кто занимал высшие государственные посты в прежних администрациях. Так, бывшие госсеккретарь Джордж Шульц, министр обороны Уильям Перри, министр энергетики Эрнест Мониз и сенатор Сэм Нанн и многие другие заявляют, что необходимо срочно вступить в серьезные переговоры с Россией.

Даже командующий войсками США в Европе генерал Куртис Скапаротти чуть ли не потребовал возобновления диалога. «Во времена холодной войны с СССР мы понимали идущие с обеих сторон сигналы, мы разговаривали, — отметил он. — Я озабочен тем, что это не происходит сейчас».

Очевидно, что Помпео явно не справляется со своими обязанностями и пока уж точно не следует курсу президента Трампа на российском направлении.

Кстати, последний вояж госсекретаря в Европу и на Ближний Восток также не принес ему дивидендов. Сначала без объяснения причин он отменил встречу с Ангелой Меркель и направился в Ирак, чтобы поговорить об иранской угрозе. Однако после этого визита МИД Ирака заявил, что «его страна будет укреплять дружбу и сотрудничество со всеми соседними странами, включая Иран».

Затем Помпео полетел в Англию, где оскорбил лидера оппозиции и потенциального будущего премьера Джереми Корбина, назвав «отвратительным» его отказ поддержать противника президента Венесуэлы Мадуро Гуайдо.

И хотя Помпео заявил, что отношения США и Англии превосходны, хорошо известно, что Тереза Мэй и британский истеблишмент отнюдь не в восторге от Трампа.

Более того, в ближайшее время мы узнаем намного больше о роли Британии и Украины, а также высших чинов администрации Обамы во вмешательстве в выборы 2016 года.

Новый генпрокурор Уильям Барр начал активное расследование деятельности именно тех, кто раскрутил кампанию по обвинению Трампа в сговоре с Москвой. Это, скорее всего, затронет и бывшего вице-президента Джона Байдена.

Известно, что Байден принимал участие во встрече с Обамой в Овальном кабинете 5 января 2017 года, на которой также присутствовали директора ФБР, ЦРУ, АНБ и другие высшие чины администрации Белого дома. Обсуждался вопрос, как нанести наибольший — вплоть до импичмента — урон Трампу, используя в качестве главного инструмента в этой кампании Россию и антитрамповское «российское досье», подготовленное британским шпионом Кристофером Стилом.

Поскольку Байден сейчас возглавляет рейтинг кандидатов в президенты от демократов на выборах 2020 года, Трамп и республиканцы также не забудут напоминать о его коррупционных делах на Украине.

Возвращаясь к визиту Помпео в Россию, отметим, что президентская кампания 2020 года уже началась и Трамп может похвастаться своими достижениями во внутренней политике и, прежде всего, в экономике. Однако на внешнеполитическом фронте у него практически одни неудачи, и кто-то должен за это ответить. Кто именно, догадаться нетрудно, но шансы на то, что Помпео из ястреба превратится в прагматика, невелики. Впрочем, от него зависит, сумеет ли он добиться прогресса, которого требует Трамп, или это будет «Последний День Помпео».

Эдуард Лозанский

Источник ➝

Александр Роджерс: И прозвучит из Вашингтона «А нас за що?»

Администрация Белого Дома забывает, что в подобные игры можно играть в обе стороны

Александр Роджерс: И прозвучит из Вашингтона «А нас за що?»

Тут некоторые граждане возбудились на мои вчерашние слова про «наших китайских союзников».

Одни начали заявлять, что это союзники ситуативные, другие и вовсе подвергли сомнению, союзники ли.

Во-первых, однозначно союзники. Для этого достаточно почитать, как в последние несколько дней заявления Сергея Лаврова и его китайского коллеги Ван И перекликались друг с другом. Больше всего это напоминало, как два карточных шулера раздевают лоха в преферанс (лохом выступал Майкл Помпео, ясное дело).

Лавров, в частности, заявил, что «Вопрос Сянгана (а не Гонконга, что само по себе уже душевно) – это внутренний вопрос Китая». Что высоко оценил его китайский коллега в ответном заявлении.

И кто знает, может скоро прозвучит заявление Ван И, например, «Вопрос Малороссии – это внутренний вопрос России». Ну, вы понимаете…

Кому этого недостаточно, может посмотреть, например, на список совместных учений российских и китайских армии и флота за последние пару лет.

И, как справедливо заметил один коллега, с «несоюзниками» единую систему СПРН и совместимость систем боевого управления не делают.

Хотя пусть американцы ещё какое-то время потратят на иллюзии, что они смогут настроить нас против Китая, а Китай против нас. Пусть.

Я бы даже какие-то фейковые «сепаратные переговоры» замутил (с ведома и согласия китайских товарищей), чисто для поржать. Ещё и поторговался бы для вида «А что вы можете нам дать?».

Впрочем, тут уместна поговорка моей жены, когда ей Роджерс-младший пытается давать советы на кухне «Свою жену будешь учить готовить» – Сергей Викторович и без моих советов прекрасно справляется, и в преферанс я бы с ним точно играть не садился.

Во-вторых, любые союзники ситуативные! Любые союзы существуют до тех пор, пока есть общность врагов и/или интересов.

А для России и Китая общность и первого, и второго однозначно существует – как минимум в среднесрочной перспективе.

США и англосаксы в целом – это враг исторический, многовековой, экзистенциальный. Тут не может быть никаких иллюзий. Как для нас, так и для Китая, который терпел от наглосаксов два века унижений и прекрасно помнит миллионы своих наркоманов, созданных для обогащения островных упырей.

Впрочем, американцы продолжают действовать как слон (или, глядя на Помпео, скорее боров) в посудной лавке.

Так, всё тот же Помпео заявил, что Вашингтон возмущён нарушениями прав человека и полицейским насилием в Гонконге.

И это в то же самое время, когда четверо полицейских в США жестоко убили безоружного и закованного в наручники афроамериканца, что вызвало массовые бунты в Миннесоте, которые разгоняются с помощью светошумовых гранат, водомётов и слезоточивого газа.

Тут не просто бревно в своём глазу, тут целый баобаб или секвойя в нём застряли.

Это, проводя параллели, «Врадиевка» грядущего американского майдана.

Американцы также предложили признать независимость Тибета от Китая. Серьёзно?

Они вообще уже не могут считать возможные последствия?

Соловьёв по телевизору уже сказал, что после этого можно будет признать Одессу вольным городом. Хотя чего мелочиться? Подобное заявление, если будет «законодательно» оформлено (то есть пройдёт голосование в Конгрессе (пока это только предложение), развяжет на самом деле очень много рук.

Можно будет признать независимость Шотландии и Ирландии, испанский Гибралтар и аргентинские Фолькленды, русскую Аляску и мексиканский Техас, независимость пяти индейских штатов и так далее, и тому подобное. Вплоть до Атлантики, Пацифики и Мидвестии, о которых я недавно писал.

Понятно, что на начальном этапе это будут с обеих сторон лишь пустые заявления (относительно Тибета, естественно, тоже). Ну а дальше кто знает…

Администрация Белого Дома забывает, что в подобные игры можно играть в обе стороны.

Главное, чтобы потом из Вашингтона не звучало «А нас за що?».

Александр Роджерс, специально для News Front

Европа продолжит злиться и терпеть

США упорно продолжают добивать свои союзные отношения с Европой. И вопрос в том, решится ли теперь Евросоюз признать этот союз официально умершим

Занятые ведением холодной войны 2.0 с Китаем, Соединённые Штаты всё-таки не забывают и о России. И если кому-то кажется, что правительство США наконец-то согласилось с советами ряда экспертов и взяло курс на нормализацию отношений с Москвой (чтобы не допустить российско-китайского альянса, попытаться заручиться поддержкой России в выбивании Средней Азии из-под китайского влияния и в перспективе даже попытаться создать какую-то антикитайскую систему коллективной безопасности в Восточной Азии), то они слишком хорошего мнения о степени политической трезвости Вашингтона.

Нет, республиканские «слоны» продолжают бороться с призрачной «российской угрозой», попутно круша всю внешнеполитическую лавку и разбивая в хлам американские интересы. Не только в плане ведения холодной войны с КНР, но и с точки зрения поддержания важнейшего для Штатов трансатлантического союза с Европой.

Из последних шагов вашингтонских мудрецов можно отметить выход Соединённых Штатов из Договора по открытому небу (позволявшего странам-участникам совершать легальные разведполёты над территориями других государств и тем самым снижать уровень напряжённости — и прежде всего на европейском театре), а также достойное иного применения упорство в деле введения санкций против «Северного потока — 2». По словам представителя одного из авторов санкционного пакета, сенатора-республиканца Теда Круза, Соединённые Штаты намерены таким образом не допустить завершения российско-европейского трубопроводного проекта.

И если бы действия США могли достичь этой цели, то, возможно, они были бы хотя бы частично оправданны — «Северный поток — 2» снижает важность Восточной Европы и особенно Украины в европейском раскладе сил и российско-европейских отношениях, а также усиливает влияние Германии. Однако проблема в том, что цель уже недостижима. Санкции нужно было принимать раньше, и тогда они, возможно, отпугнули бы европейцев от реализации проекта. Однако сейчас уже поздно, проект почти закончен, это лишь вопрос нескольких месяцев.

Поэтому действия Вашингтона принимаются исключительно ради действий — чтобы выразить своё американское «фи» проекту и использовать его как оправдание для дальнейших санкций против Москвы. Опять же, санкций, которые принимаются исключительно ради самих санкций — даже самый идеологизированный американский конгрессмен должен был за шесть лет конфликта вокруг Украины понять, что санкции не заставят Россию отказаться от своих внешнеполитических интересов, а также не приведут россиян к мысли о необходимости устроить в стране «майдан» и капитулировать перед Западом. Последствия подобной капитуляции, совершённой почти 30 лет назад, до сих пор аукаются России.

Возможно, такие санкции ради санкций и тешат самолюбие отдельных политиков, однако они очень больно бьют по американским внешнеполитическим интересам. И прежде всего по отношениям с Европой, ряд стран которой хотят возобновления сотрудничества с Москвой. И проблема тут не в том, что США ставят свои интересы выше европейских, — в общем-то, так всегда было и при Обаме, и при Клинтоне, и при Бушах. А в том, что Соединённые Штаты открыто игнорируют европейские претензии и чуть ли не прямым текстом требуют от европейских элит тотального подчинения. А против тех, кто это подчинение не демонстрирует, вводят санкции. Как, например, в случае с «Северным потоком — 2» — ведь введённые карательные меры коснутся не только «Газпрома», но и ряда ведущих нефтегазовых корпораций Европы (доля которых в проекте достигает 49%).

Представитель совместного российско-европейского консорциума Nord Stream 2 AG (который и строит «Северный поток — 2») Йенс Мюллер уже заявил, что санкции являются «дискриминацией европейских компаний».

И история с «Северным потоком — 2» — это лишь один из примеров такой дискриминации. Помимо уже упомянутого выше разрыва Договора об открытом небе это и разрыв сделки с Ираном, и требование Европы покупать больше американских товаров (большой привет верующим в существование на Западе свободного рынка), и стремление подключить Европу к конфликту с Китаем, и фактическое воровство у европейцев средств защиты и лекарств в ходе эпидемии, и введение санкций за непослушание против вроде как союзников.

Такой «трампистский» подход к отношениям демонстрировал не только глава Белого дома, но и американские чиновники рангом гораздо ниже. Например, ныне покидающий свой пост посол США в Германии Ричард Гренелл, который требовал от немецких компаний уйти из Ирана и угрожал Берлину санкциями за другие грехи.

На сегодня статьи о трансатлантических отношениях в американских и европейских СМИ полны не только алармизма, в них доминирует ещё и скептицизм. Даже ведущие демократические научные центры (тот же Карнеги) признают, что американо-европейские отношения продолжат пробивать дно и не отскочат от него даже в случае прихода к власти Джозефа Байдена. Проблема тут не только и не столько в трамповском хамстве, сколько в реальном расхождении американских интересов с европейскими (по Китаю, оборонным расходам, взгляду на правила мирового порядка — ну и, хоть эксперты Карнеги этого и не признают, подходу к России), а также в неспособности больше решать эти противоречия за кулисами. Вопрос лишь в том, какими темпами будет проходить это пробитие дна.

К счастью для Соединённых Штатов, темпы вряд ли будут высокие. Для того чтобы устроить полноценный европейский бунт, нужен лидер — человек (или страна), который не только поднимет этот бунт, но и будет морально готов стать главной жертвой ответного американского гнева. Такой страны на сегодняшний день в Европе нет. Даже Германия — главная страна Евросоюза — боится занять эту роль. Так, в вопросе о санкциях против «Северного потока — 2» немецкие чиновники говорят лишь о том, что, «с нашей точки зрения, сейчас неподходящее время раскручивать эскалационную спираль и угрожать дальнейшими санкциями, перед нами другие проблемы» — вместо того, чтобы пригрозить американцам ответными санкционными мерами за вмешательство во внутренние дела ФРГ. Как они должны были пригрозить ещё во время разрыва сделки с Ираном и попыток США наказать европейские компании за работу с исламской республикой. Ну или хотя бы депортировать Гренелла за его хамство.

Кроме того, в Евросоюзе в принципе нет ни единства, ни политической воли для каких-то серьёзных внешнеполитических инициатив. Страны ЕС даже не могут договориться, как противостоять амбициям Реджепа Тайипа Эрдогана, который получает возможности для полноценного нефтегазового шантажа Старого Света. О каком тогда бунте против американцев может идти речь?

Поэтому, скорее всего, Европа продолжит злиться и терпеть. А мир продолжит делать ставки на то, какова вместительность европейской чаши терпения. И вообще не бездонна ли она?

Геворг Мирзаян, RT

Картина дня

))}
Loading...
наверх